Меню

Анализ будем как солнце бальмонт средства выразительности

Анализ стихотворения Бальмонта «Будем как Солнце! Забудем о том»

Анализ стихотворения Бальмонта «Ветер», образца символической лирики

Константин Бальмонт – блестящий поэт русского «серебряного века». Символами, полунамеками, подчеркнутой мелодичностью своего стиха, мастерством звукописи покорил он сердца любителей поэзии на заре ХХ столетия.
Такое модернистское течение как символизм требовало от художника сверхрациональной чуткости, тончайшего владения техникой поэтического намека. Оно формировалось под влиянием различных философских учений, от античного платоновского до воззрений, созданных в двадцатом веке такими мыслителями как Владимир Соловьев и Фридрих Ницше. Символисты видели ценность поэзии в недосказанности и в утаивании смысла. Они призвали символ в качестве основного средства для передачи тайного созерцаемого ими содержания.

Кроме этого, в качестве значимого способа выражения использовалась поэтическая музыкальность – свойство звуко-ритмической словесной фактуры стиха. Если делать анализ стихотворения Бальмонта, особенно его звуковой стороны, то можно увидеть, что оно порою строится как поток словесных созвучий и их перекличек, способных заворожить читателя.

Анализ стихотворения Бальмонта «Ветер» нельзя начать, не уточнив, дату его создания. Дело в том, что поэт создал несколько произведений с таким же названием. То, что датировано 1895 годом, написано от лица самого ветра, яркого выразителя сил природы. В поэтический сборник 1903 года входит еще несколько творений, посвященных все тому же ветреному герою, хотя призыв, сделавший символиста Бальмонта знаменитым, связан с другим представителем природных стихий – солнцем.

Анализ стихотворения Бальмонта, как и любого другого поэта, подразумевает выделение главной темы. Это – бегство от настоящего, символизирующего для поэта что-то застывшее, скучное и унылое. Он предлагает своеобразный уход путем слияния мятущейся человеческой души с ветром. Каковы же качества «характера» этой стихии? Ветер – символ духа, живого дыхания всего сущего на Земле.

Анализ стихотворения Бальмонта помогает определить его структуру. Оно построено как речь самого ветра, олицетворяющего живое существо, лирического героя, который рассказывает о себе. Вместо того, чтобы тихо и спокойно, как все, жить «настоящим», он видит «беспокойные» видения, «внимает» намекам таинственной струны, тайнам природы: цветам, шуму деревьев и «легендам волны». У героя появляется ощущение мимолетности «настоящего». Он не хочет жить в нем, стремясь в будущее, которое кажется ему более привлекательным и не таким краткосрочным, хотя и «неясным».

Ключевыми словами в противовес покою являются глаголы «внимаю», «вдыхаю», «плыву», «тревожу». Кроме слов, описывающих деятельность, в стихотворении выражены и сильные эмоции, для этого поэт использовал такие эпитеты, как «восторг нежданный», «ненасытная тревога».

Таким образом, анализ стихотворения Бальмонта позволил сформировать основную мысль, воплощенную автором в этом произведении: счастье в постоянном движении, в неустанном бегстве от покоя «настоящего» и в объединении с вечно переменчивой природой.

Константин Бальмонт, анализ стихотворения «Ветер» тому доказательство, поэт, имеющий тонкий вкус, высокую требовательность к красоте поэтического текста. Музыкальность его стиха, стремление выразить тонкие оттенки чувств и глубокое понимание природы дают возможность говорить, что он — один из самых ярких мастеров поэтического слова начала ХХ века.

Возможно вам будет интересно

  • Анализ стихотворения Иней Бунина
    Произведение является отражением душевных переживаний поэта в период его беззаботной молодости, отличающейся бедностью и отсутствием творческих амбиций.
  • Анализ стихотворения Заря прощается с землёю Фета
    Тема смерти в один момент становится ключевой в повествованиях Афанасия Фета, особенно после 50-х годов в 19-ом веке. Причиной данной темы становится пессимистические настроения автора
  • Анализ стихотворения Бродского Письма к стене
    Как бы не хотелось описывать некоторые стихотворения в отрыве от ситуации написания и личности автора, нередко дело принимает совершенно обратный ход. Например, Письма к стене Бродского мог ли бы быть великолепным стихотворением
  • Анализ стихотворения Деревня Фета
    Данное стихотворение является частью раннего творчества поэта и создано во время обучения Фета в Москве. Живя в крупном городе, он ностальгирует по деревенской жизни, всё больше вовлекаясь в приятные воспоминания.
  • Анализ стихотворения Русская песня (Соловей мой, соловей…) Дельвига
    Произведение, являющееся составной частью авторского сборника «Стихотворения барона Дельвига», относится по жанровой направленности к фольклорной идиллической лирике поэта

«Будем как Солнце! Забудем о том…» Константин Бальмонт

Будем как Солнце! Забудем о том, Кто нас ведет по пути золотому, Будем лишь помнить, что вечно к иному, К новому, к сильному, к доброму, к злому, Ярко стремимся мы в сне золотом. Будем молиться всегда неземному, В нашем хотеньи земном! Будем, как Солнце всегда молодое, Нежно ласкать огневые цветы, Воздух прозрачный и все золотое. Счастлив ты? Будь же счастливее вдвое, Будь воплощеньем внезапной мечты! Только не медлить в недвижном покое, Дальше, еще, до заветной черты, Дальше, нас манит число роковое В Вечность, где новые вспыхнут цветы. Будем как Солнце, оно — молодое. В этом завет красоты!

Анализ стихотворения К.Д. Бальмонта «Ветер»

В истории русской литературы К.Д. Бальмонт оставил след как представитель «старшего» символизма. Он во многом обогатил русское стихосложение, ввел новые интонации, звуковые эффекты. Любовь, непосредственное восприятие природы, умение ощущать «мгновение» жизни – все это позволяет сказать, что К.Д.Бальмонт был поэтом-романтиком, художником неоромантичного направления в искусстве XIX – начала XX веков. Стихотворения К.Д.Бальмонта отличаются эгоцентризмом, восторженностью собой, уверенностью в своей солнечности, неповторимости. Бальмонт так писал свои стихи: они могли прийти внезапно, вслед за мимолетным впечатлением, коротким видением, достаточно одного толчка сознания – и рождается образ.

В стихотворении «Ветер» К.Д. Бальмонт использует любимый прием – перенос ощущений: в слове показаны неуловимые, мгновенные впечатления. Поэт как бы выхватывает у вечности миг и запечатлевает его в слове: «намек струны», «приморская волна», «поцелуем тревожу листву» и т.д. Мимолетность возведена поэтом в философский принцип. Эта способность роднит К.Д.Бальмонта с импрессионистами.

В данном стихотворении присутствует главный и любимый образ поэта – образ Ветра – символа вечного движения, ненасытной тревоги ( «Я люблю беспокойные сны…», «в восторге нежданном», «в ненасытной тревоге живу»).

Композицию стихотворения «Ветер» составляют четыре четверостишия, стихотворные строчки зарифмованы перекрестной рифмой, стихотворный размер – ямб:

Я жить не могу настоящим,

Я люблю беспокойные сны,

Под солнечным блеском палящим

И под влажным мерцаньем Луны.

Символизм К.Д. Бальмонта выражается в ярких тропах: «блеском палящим, «влажным мерцаньем приморской волны», «в восторге нежданном». Они стилистически выдержаны («в рассвете туманном», «с вечернею тучкой»).

Синтаксис стихотворения «Ветер» своеобразен: почти все предложения начинаются с местоимения «Я», чем подчеркивается эгоцентричная направленность лирики Бальмонта. Встречается и анафора – повторение стихотворных строчек: «Я жить не могу настоящим» в первом четверостишии и «Я жить не хочу настоящим» во втором.

Первая и последняя строчки стихотворения как бы объясняют и подытоживают тему повествования: «Я жить не могу настоящим», «В ненасытной тревоге живу».

Обилие глаголов в форме настоящего времени придает монологу лирического героя динамику действия, подтверждает свободолюбие, ненасытность Ветра. В неустойчивом равновесии жизни и смерти К.Д. Бальмонт принимает сторону жизни, движения, «ненасытно тревоги», ему по нраву «беспокойные сны».

Все языковые средства произведения подчинены выражению темы и идеи стихотворения – свобода, движение, бешеный ритм жизни, непосредственность чувств.

Строчки стихотворения буквально пронизаны противопоставлениями («блеском палящим, «влажным мерцаньем», «деревьям шумящим», «легендам приморской волны», «в рассвете туманном», «с вечернею тучной плыву»), что выражает нетерпение и противоречивость Ветра.

Таким образом, стихотворение «Ветер» является образцом символистической лирики. К.Д. Бальмонт создал неповторимый образ Ветра и мастерски передал его стихийную сущность.

человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Анализ стихотворения Константина Бальмонта «Ветер»

17 декабря 2015

Представитель периода увлечения символизмом в поэтическом творчестве, мастер улавливать нюансы окружающего мира и в мелодичном ритме передавать читателям – Константин Бальмонт. В качестве центрального символа произведения поэт выбирал множество неодушевленных предметов, в частности – силы природы. Ветру автор посвятил не одно стихотворение. Вариант 1895 года рассказывает нам о восприятии жизни Бальмонтом на тот момент путем символистского переноса человеческого мироощущения на «характер» ветра.

В поэзии «Ветер» автор виртуозно выхватывает из окружающей действительности мимолетные моменты и картинно пишет их, обогащая эпитетами и инверсиями. Он упоминает солнце «палящее» и «шумящие» деревья, короткий отзвук струны и быстрое волнение морской волны. Трогательно и неожиданно звучит в последней строфе поцелуй листвы.

Главная тема стиха – ветер – будто проносится сквозь написанные строки. Анафорическое начало первых двух строф о нежелании и неумении поэта «жить настоящим» роднит его с бурным потоком неугомонного ветерка, который так же вечно в активном движении – он живет настоящей деятельной жизнью. Таким же мечтает быть автор, и он поистине счастлив, когда ритм жизни пробуждает «ненасытную тревогу».

Ураганом летят дни, и чтобы поспевать за ними, нужно быть таким же скорым и смелым. «В бегстве живу» – заверяет поэт. Даже сны, казалось бы, – воплощение покоя и временного забытья, – Бальмонт любит «беспокойные». Ибо не время замирать и умирать, есть возможность ловить скоротечные моменты.

Стихотворение построено методом перекрестной рифмовки. Обилие глаголов помогает полнее передать динамику произведения. Свобода, быстрый ритм изменения описанных явлений, противопоставления – это характерные черты неприкаянного и неуловимого ветра.

Бальмонт показал себя в новом творении как великолепный знаток лирики символизма. Стихийная сущность ветра сплелась в стихах с характером и личной судьбой автора. Короткие видения моментально находят отклик в чувствительном поэтическом сердце и он, как искусный живописец, щедро рисует их читателям в своем романтичном стихотворении.

Популярные темы анализов

  • Анализ стихотворения Есенина Табун
    В своей песне «Табун» он написал о благородных и преданных животных. Лошади являются символом чистоты и дружелюбия.
  • Анализ стихотворения Бальмонта Лунный свет
    Константин Дмитриевич Бальмонт – один из представителей поэтов Серебряного века, символист, критик и переводчик талантливая и разносторонняя личность. Его называли поэтом весны. Он мог передать всю красоту, нежность,
  • Анализ стихотворения Пастернака Август
    В этом стихотворении Борис Леонидович описывает августовское утро, когда последние тёплые лучики света так приятно освещают комнату и напомнили писателю о празднике. Пастернак пишет, что когда он проснулся,
  • Анализ стихотворения Лермонтова Благодарность
    Незадолго до своей трагической гибели, в 1840 году, Лермонтов пишет стихотворение “Благодарность”, воспроизводя в стихах субъективно личное чувство, обращенное к Богу. Поэт подводит итоги всей жизни, как будто предчувствуя свою учесть
  • Анализ стихотворения Тютчева Эти бедные селенья
    Это стихотворение было написано Тютчевым после его возвращенья на родину из-за границы. В нем представляет он перед читателем то, что предстало перед его взором – общий вид его страны, а точнее – условия, в которых проживал

«Ветер» К.Бальмонт

«Ветер» Константин Бальмонт

Анализ стихотворения Бальмонта «Ветер»

Одним из приемов символизма является одушевление неживых предметов, а также проведение параллели между ними и человеком. К нему прибег поэт Константин Бальмонт в своем стихотворении «Ветер», которое было написано в 1903 году, когда автор находился в изгнании. Поводом для запрета на въезд в Москву и Санкт-Петербург сроком на три года послужило участие Бальмонта в акциях протеста. Власти не отправили поэта в тюрьму и ссылку лишь потому, что к этому моменту его имя было на слуху у многих представителей русской интеллигенции, а книги со стихами раскупались с завидной скоростью.

Читайте также:  Препараты йода как антисептические средства

Тем не менее, Константин Бальмонт в полной мере смог ощутить, что значит быть персоной нон-грата. Проведя несколько месяцев в загородном имении под Курском, поэт перебрался в Париж, где продолжал писать стихи, переправляя их в Россию и публикуя в различных изданиях. В 1903 году он напечатал стихотворение «Ветер», в котором между строк можно прочесть тайне желания и надежды автора. Действительно, Бальмонту хотелось как можно скорее вернуться на родину, где массовые народные волнения набирали обороты, чтобы участвовать в смене власти и быть причастным к свержению самодержавия. Бальмонт еще не осознавал той простой истины, что любая революция имеет обратную сторону медали в виде жертв. Поэтому автор искренне завидует ветру, который не сидит без дела: «Вечно – прямо, снова – в путь».

В отличие от поэта, герой его произведения волен в собственных желаниях. Именно поэтому, обращаясь к нему, автор о. При этом ветру покоряются и луговая трава, и камыши, и озера, где он оставляет свой неуловимый след. Но поймать ветер невозможно, так как еще недавно он носил тучи, а в следующий момент уже ушел в тишь. Это свойство ветра особенно импонирует Бальмонту, который хотел бы хоть на мгновение стать таким же невидимкой, чтобы внести смуту в умы и сердца людей, а после незаметно исчезнуть, не привлекая к себе внимания. Однако автор понимает, что это невозможно, поэтому, обращаясь к ветру, восклицает: «Что ты душу мне томишь?».

Тем не менее, именно ветер Бальмонт считает своим учителем, покровителем и соратником. Он просит его: «Дай стремленья твоего!». И в этой мольбе столько силы и искренности, что появляется уверенность – автор действительно возлагает на своего необычного друга надежды на скорое возвращение домой, где его ждут новые испытания

Анализ стихотворения Бальмонта «Будем как Солнце! Забудем о том…»

Внутренняя свобода – именно тот стержень жизни, которого так не хватало Константину Бальмонту. По этой причине поэт нередко конфликтовал с властями и пытался найти компромиссы в собственной душе, которую одолевали различные страсти. Уже став зрелым мужчиной, поэт задумался о скоротечности жизни и пришел к выводу о том, что мир жесток и несовершенен. Когда у человека есть молодость, он не может ею распоряжаться разумно. Наличие опыта и мудрости, в свою очередь, являются показателем старости. Совместить эти два понятия Бальмонту так и не удалось, в результате чего появилось на свет стихотворение «Будем как Солнце! Забудем о том…», написанное в 1903 году.

Это произведение можно расценивать, как желание автора остановить неумолимый бег времени, которое забирает силы и молодость, хотя и дает взамен бесценные воспоминания . Но поэт готов от них отказаться ради того, чтобы обрести ту внутреннюю безмятежность, которая свойственна юным. Обращаясь к себе самому и к тем, кто ему дорог, Бальмонт призывает к раскрепощению и стиранию условных граней. Он хочет забыть о том, что у каждого человека есть свой поводырь – некая высшая сила, которая предопределяет судьбу человека. Только молодые и неискушенные люди не задумываются об ее присутствии в собственной жизни. И именно к этому состоянию стремится поэт, который уже изрядно устал от символистских экспериментов и попыток найти смысл в каждом событии.

«Будем молиться всегда неземному в нашем хотенье земном!», — призывает поэт, намекая на то, что романтизм является неотъемлемым атрибутом молодости, счастья и свободы. Но автор отдает себе отчет, что стремление уподобиться небесным светилам не всегда приводит к тем результатам, на которые рассчитывает человек. Ведь если солнце дарит тепло и ласку, то звезды и луна могут обдать окружающих ледяной холодностью. Поэтому мерилом молодости для Бальмонта является чувства счастья. Именно к этом он призывает людей, заявляя: «Будь воплощеньем внезапной мечты!». Он боится провести остаток дней «в недвижном покое», который убивает все чувства и желания, а потом раствориться в вечности, которая обладает удивительным магнетизмом и для многих является самым простым решением всех внутренних противоречий.

«Будем как Солнце, оно — молодое. В этом завет Красоты!», — обращается Бальмонт к читателям, хотя и осознает, что этот призыв вряд ли сможет найти отклики в душах зрелых людей. Повседневные хлопоты лишают их возможности мыслить абстрактными категориями, отгораживаться от всего того, что убивает чувства, но стимулирует работу мысли. Это пугает поэта, который чувствует, что уже не в состоянии что-то изменить, однако все равно предпринимает подобные попытки в надежде, что судьба еще подарит ему удивительные мгновения счастья.

Прежде всего — «новый человек». К «новой поэзии» он пришел не через сознательный выбор. Он не отверг «старого» искусства после рассудочной критики; он не поставил себе задачей быть выразителем определенной эстетики. Бальмонт кует свои стихи, заботясь лишь о том, чтобы они были по-его красивы, по-его интересны, и если поэзия его принадлежит «новому» искусству, то это сталось помимо его воли. Он просто рассказывает свою душу, но душа у него из тех, которые лишь недавно стали расцветать на нашей земле. Так в свое время было с Верденом… В этом вся сила бальмонтовской поэзии, вся ее жизненность, хотя в этом и все ее бессилие.

Желаю все во всем так делать, Чтоб ввек дрожать.

* Написано по поводу выхода книги К. Бальмонта «Будем как солнце» (1903 г.) и напечатано тогда же. См. в конце книги Приложение.

В этих двух стихах А. Добролюбов выразил самое существенное в том новом понимании жизни, которое образует истинное «миросозерцание» Бальмонта. Для него жить — значит быть во мгновениях, отдаваться им. Пусть они властно берут душу и увлекают ее в свою стремительность, как водоворот малый камешек. Истинно то, что сказалось сейчас. Что было пред этим, уже не существует. Будущего, быть может, не будет вовсе. Подлинно лишь одно настоящее, только этот миг, только мое сейчас

Люди, соразмеряющие свои поступки со стойкими убеждениями, с планами жизни, с разными условностями, кажутся Бальмонту стоящими вне жизни, на берегу. Вольно подчиняться смене всех желаний — вот завет. Вместить в каждый миг всю полноту бытия — вот цель. Ради того, чтобы взглянуть лишний раз на звезду, стоит упасть в пропасть. Чтобы однажды поцеловать глаза той, которая понравилась среди прохожих, можно пожертвовать любовью всей жизни. Все желанно, только бы оно наполняло душу дрожью, — даже боль, даже ужас.

Я каждой минутой сожжен, Я в каждой измене живу, —

Как я мгновенен, это знают все, —

говорит он в другом месте. И, действительно, что такое стихи Бальмонта, как не запечатленные мгновения? Рассказ, повествование — для него исключение; он всегда говорит лишь о том, что есть, а не о том, что было. Даже прошедшего времени Бальмонт почти не употребляет; его глаголы стоят в настоящем. «Темнеет вечер голубой», «Я стою на прибрежьи», «Мерцают сумерки» — вот характерные вступительные слова стихов Бальмонта. Он заставляет своего читателя переживать вместе с ним всю полноту единого мига.

Но чтобы отдаваться каждому мгновению, надо любить их все. Для этого за внешностью вещей и обличий надо угадать их вечно прекрасную сущность. Если видеть кругом себя только доступное обычному людскому взору, невозможно молиться всему. Но от самого ничтожного есть переход к самому великому. Каждое событие — грань между двумя бесконечностями. Каждый предмет создан мириадами воль и стоит, как неисключимое звено, в будущей судьбе вселенной. Каждая душа — божество, и каждая встреча с человеком открывает нам новый мир.

Все равно мне, человек плох или хорош, Все равно мне, говорить правду или ложь, —

признается Бальмонт. И, в полном согласии с собой, он большею частью не ищет тем

для своих стихотворений. Каждое мгновение может стать такой темой. Не все ли равно, о чем писать, только бы это случайное «что» было понятно до глубины! Заглянуть в глаза женщины — это уже стихотворение («Белый цветок»), закрыть свои глаза — другое («Серенада»), придорожные травы, смятые «невидевшим, тяжелым колесом», могут стать многозначительным символом всей мировой жизни, дыхание цветов черемухи может обратиться в восторженный гимн весне, любви, счастью.

Однако эта любовь ко всем мгновениям должна быть не холодной и бездейственной, а живой и деятельной. Мгновения должно и можно любить за то, что каждое из них вызывает к бытию целый мир острых и ярких переживаний. Надо не только пассивно отдаваться мгновениям, но и уметь вскрывать тайную красоту вещей и явлений.

В этом мудрость, в этом счастье — увлекаясь, увлекать, Зажигать и в то же время самому светло сверкать, —

говорит Бальмонт. Его стихи показывают нам, что он этой мудростью владеет, что в его руке Моисеев жезл, из каждого серого, мертвого камня выводящий животворные струи.

Любите ваши сны безмерною любовью, О, дайте вспыхнуть им, а не бессильно тлеть! —

восклицает они не устает повторять этот свой призыв. Ради этой проповеди он даже изменяет обычному пафосу своей поэзии и, забывая предостережение, которое дала Фету его муза*, впадает в учительский тон и пишет, чуть не в духе Ювенала, сатиру на современных людей («В домах»), не смеющих чувствовать полно и ярко…

* Ты хочешь проклинать, рыдая, и стеня, Бичей подыскивать к закону? Поэт, остерегись — не призывай меня, Зови из бездны Тизифону.

Вот почему Бальмонт с таким пристрастием обращается к кругу тех чувств и переживаний, которые дает нам любовь.

Никогда человеческая душа не содрогается так глубоко, как в те минуты, когда покоряет ее «Эрос, неодолимый в бою». В миг страстного признания, в миг страстного объятия одна душа смотрит прямо в другую душу. Таинственные корни любви, ее половое начало, тонут в самой первооснове мира, опускаются к самому средоточию вселенной, где исчезает различие между
я
и
не я,
между
ты
и
он.
Любовь уже крайний предел нашего бытия и начало нового, мост из золотых звезд, по которому человек переходит к тому, что уже «не человек» или даже — еще «не человек», к Богу или зверю. Любовь дает, хотя на мгновение, возможность «ускорить бой бестрепетных сердец», усилить, удесятерить свои переживания, вздохнуть воздухом иной, более стремительной жизни, к которой, может быть, еще придут люди…

Блуждая по несчетным городам, Одним я услажден всегда — любовью, —

признается Бальмонт. «Как тот севильский Дон Жуан», он переходит в любви от одной души к другой, чтобы видеть новые миры и их тайны, чтобы вновь и вновь переживать всю силу ее порывов. Поэзия Бальмонта славит и славословит все обряды любви, всю ее радугу. Бальмонт сам говорит, что, идя по путям любви, он может достигнуть «слишком многого — всего!».

Читайте также:  Моющее средство а 180

Но любит он именно любовь, а не человека, чувство, а не женщину.

Мы прячем, душим тонкой сетью лжи Свою любовь. Мы шепчем: «Да? Ты мой?» — «Моя? — Скажи!» «Скорей, одежды брачные готовь!» Но я люблю, как любит петь ручей, Как светит луч…

И потому каждой

Бальмонт вправе повторять:

Да, я люблю одну тебя!

глазах вправе воскликнуть:

И кроме глаз ее, мне ничего не надо!

Однако, ни в любви, ни на каких других путях, жажда полноты мгновения не может никогда быть утолена до конца, потому что по самой сущности своей ненасытима. Она требует, чтобы каждое мгновение распадалось на бесконечное число ощущений, но в человеке все ограничено, все конечно. При всей яркости жизни, при всем ее безумии, каждую душу должно охватывать чувство безнадежной, роковой неудовлетворенности. Только в состояниях экстаза душа действительно отдает себя всю, но она не в силах переживать эти состояния сколько-нибудь часто. Обычно же какая-то доля сознания остается на страже, следит со стороны за всем буйством жизни, и своим едва приметным, но неотступным взором уничтожает целость мгновения, делит его пополам.

Из этого мучительного ощущения непобедимо возникает зависть ко всему, что живет вне форм человеческой жизни. В порыве безнадежности, у Бальмонта вырывается даже пожелание быть любимым —

С беззаветностью — пусть хоть звериной, Хоть звериной, когда неземной На земле нам постичь невозможно!

Но чаще мечта его обращается к стихиям, к тучам, к ветру, к воде, к огню. В стихиях нет нашей сознательности, они каждому мигу могут отдаваться вполне, не помня о промелькнувшем, не зная о следующем. Им не приходится, подобно нам, с горечью восклицать о всех сменяющихся мгновениях: «не те! не те!» И Бальмонт, порою, готов повторить, что и он из той же семьи, что и он сродни стихиям: так сильна в нем жажда изведать их ничем не ограничиваемую жизнь…

Мне людское незнакомо, —

говорит нам Бальмонт.

И я в человечестве не-человек! —

повторяет он в другом месте. Он называет ветер «вечным своим братом», океан — «своим древним прародителем», слагает гимн Огню и восхваление Луне, и всей своей книгой призывает «быть как солнце»! Но это же влечение к стихийной жизни в других стихах разрешается в простые песенки, милые, кроткие и красивые, о полях, о деревьях, о весне, о зорях, о снежинках.

Будем молиться всегда неземному В нашем хотеньи земном! —

призывает Бальмонт в одном из вступительных стихотворений сборника, в том самом, в котором он высказывает и свой основной лозунг: «Будем как солнце»! Под «неземным» он разумеет скорее «сверхземное», то, что превышает чувства, хотения, переживания человека наших дней. «Будем как солнце»! — «Будем молиться неземному!» — это значит: примем все в мире, как все принимает солнце, каждый миг сделаем великим трепетом и благословим каждый миг, и всю жизнь обратим в «восторг и исступление», искать которые завещал нам автор «Бесед и поучений старца Зосимы».

Нам нравятся поэты, Похожие на нас, —

говорит Бальмонт. Основными чертами миросозерцания Бальмонта объясняется его близость к тем или другим поэтам прошлого и степень их влияния на него.

Из русских поэтов наибольшее впечатление произвели на Бальмонта — Лермонтов и Фет. Мятежность Лермонтова отразилась в поэзии Бальмонта. Лермонтовский гимн о сладости той жизни, что ведут «хоры стройные светил» и «облаков неуловимых волокнистые стада», — кажется повторенным в иных стихах Бальмонта. Еще теснее связь его с Фетом. Как и Бальмонт, Фет знал только настоящее.

Льни ты хотя б к преходящему, Трепетной негой манящему, Лишь одному настоящему…

Различаясь в мировоззрении, различаясь в самом «мироощущении», Бальмонт и Фет совпадают в способности всецело исчезать в данном мгновении, забывая, что было что-то до него и что-то будет после. У Лермонтова и Фета, более чем у других, учился Бальмонт и технике своего искусства.

Из поэтов иностранных (которые — кроме разве Гейне — все оказали свое влияние на него гораздо позже, когда уже основные черты его поэзии вполне сложились) особенно привлекли к себе Бальмонта те, которые любили и умели изображать цельные, стремительные характеры и типы людей исключительных, живущих «удесятеренной» жизнью. Этим объясняется влечение Бальмонта к испанской драме, особенно Кальдерону, и к создателю образов Эшера и Эгея (брата Береники) — «безумному Эдгару». Жажда слияния с стихийной жизнью близит Бальмонта с пантеизмом Шелли и с индийской поэзией. Наконец, отношение к любви и женщине — объединяет его, в некоторых настроениях, с Бодлером и современными «декадентами».

В одном стихотворении Бальмонт говорит о себе:

Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи.

Если Бальмонт сказал это, имея в виду не свою поэзию в целом, но свой стих, его певучесть, свою власть над ним, — он едва ли не прав. Равных Бальмонту в искусстве стиха в русской литературе не было. Прежде могло казаться, что в напевах Фета русский стих достиг крайней бесплотности, воздушности. Но там, где другим виделся предел, Бальмонт открыл беспредельность. Даже такой, казалось бы, недосягаемый по певучести образец, как лермонтовское «На воздушном океане», значительно померк после лучших песен Бальмонта. И только небесная стройность пушкинских строф осталась непревзойденной в нервных, всегда неровных стихах Бальмонта.

Однако при этом стих Бальмонта сохранил всю конструкцию, весь остов обычного русского стиха. Можно было ждать, что Бальмонт, при его стремительной жажде смены впечатлений, отдаст свой стих на волю четырем ветрам, изломает его, разобьет в блестящие дребезги, в жемчужную пыль. Но этого нет совершенно. Стих Бальмонта — это стих нашего прошлого, усовершенствованный, утонченный, но по существу все тот же. «Другие поэты» не только «предтечи» Бальмонта в искусстве стиха, но и несомненные его учители.

Движение, которое создало во Франции и Германии vers libre [Свободный стих (фр.)

], которое искало новых приемов творчества, новых форм в поэзии, нового инструмента для выражения новых чувств и идей, — почти совсем не коснулось Бальмонта. Мало того, когда Бальмонт пытается перенять у других некоторые особенности нового стиха, это ему плохо удается. Его «прерывистые строки», как он называет свои безразмерные стихи, теряют всю прелесть бальмонтовского напева, не приобретая свободы стиха Верхарна, Демеля и д»Аннунцио. Бальмонт только тогда Бальмонт, когда пишет в строгих размерах, правильно чередуя строфы и рифмы, следуя всем условностям, выработанным за два века нашего стихотворства.

Но далеко не всегда новое содержание укладывается на прокрустово ложе этих правильных размеров. Безумие, втесненное в слишком разумные строфы, теряет свою стихийность. Ясные формы что-то отнимают от того исступления, от того ликующего безумия, которое пытается влить в них Бальмонт. Восторг его становится слишком размеренным, его опьянение слишком трезвым; чувствуется, что многое, бывшее в душе поэта, не вошло в его плавные строфы, осталось где-то за их пределами…

Бальмонт как бы принимает наоборот завет Пушкина: «Пока не требует поэта»… У пушкинского поэта душа просыпалась, как орел, при божественном зове. У Бальмонта она что-то теряет, от своей силы и свободы. Бальмонт-человек кажется нам более свободным, чем Бальмонт-художник; в искусстве он скован и спутан тысячами правил, даже предрассудков. В жизни он «стихийный гений» и «светлый Бог» (его собственные слова), в поэзии он раньше всего — «поэт» (мы не решаемся все же сказать «литератор»). Порывы Бальмонта, его страстные переживания, пройдя через его творчество, блекнут; большею частью от их огня и света остаются только тускнеющие угли: они еще пламенны и ярки, но они уже совсем не то солнце, которым были.

Еще хуже обстоит дело, когда Бальмонт совершенно отказывается от своей главной силы — стихийного порыва, и пытается прямо заменить ее размышлением, «трезвою силой ума» (выражение Фета). В Бальмонте бессознательная жизнь, по-видимому, преобладает над сознательной, и, руководимый своим тайным чутьем, почти инстинктом, он отваживается проходить по таким путям искусства, где еще не ступала нога ни одного художника. (Хотя справедливость требует добавить, что иногда он, полагаясь на свое прозрение, жалко скользит и падает там, где многие идут свободно, руководствуясь дорожной клюкой и ощупью.) Но зато во всех тех задачах, где сила — в сознательности, в ясности мысли, Бальмонт слабее слабых. Все его попытки вместить в стих широкие обобщения, выразить глубокую мысль в четком образе — кончаются неуспехом. Его опыты в эпическом роде, длинная поэма в терцинах, «Художник-дьявол», кроме нескольких красиво формулированных мыслей да немногих истинно лирических отрывков, вся состоит из риторических общих мест, из того крика, которым певцы стараются заменить недостаток голоса*.

* Этой критике поэмы Бальмонта пишущий эти строки обязан тем, что в следующем издании сборника «Будем как солнце», терцины «Художник-дьявол» оказались посвященными именно ему.

Точно так же Бальмонт никогда не может взглянуть на свои создания посторонним взглядом критика. Он или в них, или уже безнадежно далек от них. Потому-то Бальмонт не умеет делать выбора из своих стихов. Все его книги — беспорядочное соединение стихотворений, исключительно прекрасных и весьма слабых. Не умеет он и поправлять своих стихов. Все его поправки (насколько они известны читателям по различным редакциям одного и того же стихотворения) — всегда искажения. Написав стихи, Бальмонт уже теряет над ними власть художника, потому что каждое его стихотворение есть слепок, более или менее точный, с пережитого мгновения, быстро уходящего в прошлое и уже не возвращающегося никогда.

Теми же особенностями творчества Бальмонта объясняются и отдельные недостатки его стихотворений. Бальмонт не умеет искать и работой добиваться совершенства своих созданий. Если какой-либо стих ему не удается, он спешит к следующему, довольствуясь — для связи — каким-нибудь приблизительным выражением. Это делает, между прочим, смысл иных его стихов темным, и эта темнота — самого нежеланного рода: ее причина не в трудности (утонченности или углубленности) содержания, а в неточности выбранных выражений. Довольствуется Бальмонт в таких случаях и пустыми, ничего не говорящими трафаретами (напр., «хочу упиться роскошным телом»). И, при всей тонкости общего построения стихотворений, в отдельных стихах Бальмонт, порой, довольствуется избитыми образами и условными выражениями.

Таковы пределы поэзии Бальмонта, поскольку они выразились в его книге «Будем как солнце».

Можно сказать, что в этой книге творчество Бальмонта разлилось во всю ширь и видимо достигло своих вечных берегов. Оно попыталось кое-где даже переплеснуть через них, но неудачно, какой-то бессильной и мутной волной. Надо думать, что поэзии Бальмонта суждено остаться под тем небосклоном, который окружает эту книгу. Но в этих пределах Бальмонт, — мы хотим этому верить, — будет достигать новой и новой глубины, к которой пока лишь стремится.

Брюсов Валерий Яковлевич (1873-1924) — русский поэт, прозаик, драматург, переводчик, литературовед, литературный критик и историк. Один из основоположников русского символизма.

Читайте также:  Какими транспортными средствами можно управлять без прав

В данном стихотворении поэт-символист выразил свое отношение к жизни, ее целям.

Стихотворение состоит из призывов поэта к читателям и самому себе. Оно пронизано настроение бунта против покоя и жаждой движения. Причем цель видится не в достижении некой цели, а в движении как таковом. Используя такое определение как счастье, которое в принципе нельзя измерить в количественных категориях, он призывает его удваивать. Бальмонт подчеркивает необходимость вечного движения и, когда он перечисляет цели, ставя рядом доброе и злое, призывая двигаться к тому и к тому одновременно. Стремиться, по его мнению, следует к иному, главное, чтобы оно было сильным. Это похоже на желание оставаться вечно молодым, каким он видит солнце, которое в глазах человека не меняется.

Бальмонт вводит и другое противопоставление: молиться неземному, находясь, пребывая в земных желаниях. Это призыв не растворяться в повседневности, не дать затянуть себя обычными делами в рутину.

Противопоставления, введенные поэтом, рождают ощущение борьбы, которая невозможна без движения.

Образ солнца многозначен. Оно издревле воспринималось в качестве высшего начала и обожествлялось. В данном случае поэт использует его как символ цели, подчеркивая, что она должна быть столь же великой, как и выбранный им символ вечного дневного светила. Солнце часто отождествлялось с золотом, и поэт называет путь, по которому он призывает идти золотым.

Свет, исходящий от солнца, может указывать на восприятие Бальмонтом свое творчества. Солнце не только разгоняет мраке, но и оживотворяет природу. В таком ключе автор видел и предназначение поэта. По его мнению, именно словом, человек творит мир. Природа создает лишь заготовки, которые поэт призван наполнить истинной красотой, давая им проявить себя.

В стихотворении звучит также бунт против то силы, которая ведет человека в жизни. Она не дает ей определения, не ясно даже одушевлена ли она или это обстоятельства или что-либо вроде них, так как Бальмонт в своих стихотворениях часто изображал неживые природные объекты обладающими волей. Он не бунтует против того, кто ведет его, не имея возможности или желания освободиться, но хочет почувствовать себя полностью свободным, просто игнорирую все, что мешает абсолютной свободе.

Стихотворение проникнуто жаждой движения, которое не должно останавливаться, так как направлено в Вечность. Только оставаясь молодым и активным можно идти к красоте.

Анализ стихотворения Будем как солнце по плану

Источник

Пожалуйста, помогите найти художественные средства, метафоры, олицетворения и т. д. в стихе Бальмонта «будем как солнце»

«Будем как Солнце! Забудем о том…» Константин Бальмонт

Будем как Солнце! Забудем о том,
Кто нас ведет по пути золотому,
Будем лишь помнить, что вечно к иному,
К новому, к сильному, к доброму, к злому,
Ярко стремимся мы в сне золотом.
Будем молиться всегда неземному,
В нашем хотеньи земном!
Будем, как Солнце всегда молодое,
Нежно ласкать огневые цветы,
Воздух прозрачный и все золотое.
Счастлив ты? Будь же счастливее вдвое,
Будь воплощеньем внезапной мечты!
Только не медлить в недвижном покое,
Дальше, еще, до заветной черты,
Дальше, нас манит число роковое
В Вечность, где новые вспыхнут цветы.
Будем как Солнце, оно — молодое.
В этом завет красоты!

Все стихотворение представляет собой семантическое
развертывание
поэтического призыва К. Бальмонта «Будем как солнце!»
Язык Бальмонта экспрессивен.
Экспрессия достигается за счёт употребления лексики с яркой
эмоциональной окрашенностью (экспрессионистичная
живопись слова: «Будем, как солнце всегда молодое,
Нежно ласкать огневые цветы,
Воздух прозрачный и все золотое. «)

Бальмонт использует повторы (анафора), которые задают
стиху особый ритм и мелодичность: (Будем как Солнце!
Будем лишь помнить.
Будем молиться.
Будь воплощеньем.
Такой прием вносит в стихотворную строку определенную
размеренность, такт.

солнце Бальмонт олицетворяет, сравнивая с человеком.

метафора: путь золотой, золотой сон, огневые цветы,
завет красоты;
солнце всегда молодое; заветная черта; число роковое,
воплощенье внезапной мечты; недвижном покое;
новые вспыхнут цветы.
эпитеты: воздух прозрачный

Бальмонт великолепно использует многочисленные
художественные приёмы, чтобы взывать к эмоциям
читателя, воздействовать на его сознание.
Можно утверждать, что цвет-одни из главных приемов ,
способных не только украсить строки, но и придать им
новое значение, оживить их, заставить двигаться.
Поэту удаётся это сделать, он зажигает огонь в своем стихе.

Источник

«Будем как Солнце! Забудем о том…» К. Бальмонт

Будем как Солнце! Забудем о том,
Кто нас ведет по пути золотому,
Будем лишь помнить, что вечно к иному,
К новому, к сильному, к доброму, к злому,
Ярко стремимся мы в сне золотом.
Будем молиться всегда неземному,
В нашем хотеньи земном!
Будем, как Солнце всегда молодое,
Нежно ласкать огневые цветы,
Воздух прозрачный и все золотое.
Счастлив ты? Будь же счастливее вдвое,
Будь воплощеньем внезапной мечты!
Только не медлить в недвижном покое,
Дальше, еще, до заветной черты,
Дальше, нас манит число роковое
В Вечность, где новые вспыхнут цветы.
Будем как Солнце, оно – молодое.
В этом завет красоты!

Анализ стихотворения Бальмонта «Будем как Солнце! Забудем о том…»

Внутренняя свобода – именно тот стержень жизни, которого так не хватало Константину Бальмонту. По этой причине поэт нередко конфликтовал с властями и пытался найти компромиссы в собственной душе, которую одолевали различные страсти. Уже став зрелым мужчиной, поэт задумался о скоротечности жизни и пришел к выводу о том, что мир жесток и несовершенен. Когда у человека есть молодость, он не может ею распоряжаться разумно. Наличие опыта и мудрости, в свою очередь, являются показателем старости. Совместить эти два понятия Бальмонту так и не удалось, в результате чего появилось на свет стихотворение «Будем как Солнце! Забудем о том…», написанное в 1903 году.

Это произведение можно расценивать, как желание автора остановить неумолимый бег времени, которое забирает силы и молодость, хотя и дает взамен бесценные воспоминания. Но поэт готов от них отказаться ради того, чтобы обрести ту внутреннюю безмятежность, которая свойственна юным. Обращаясь к себе самому и к тем, кто ему дорог, Бальмонт призывает к раскрепощению и стиранию условных граней. Он хочет забыть о том, что у каждого человека есть свой поводырь – некая высшая сила, которая предопределяет судьбу человека. Только молодые и неискушенные люди не задумываются об ее присутствии в собственной жизни. И именно к этому состоянию стремится поэт, который уже изрядно устал от символистских экспериментов и попыток найти смысл в каждом событии.

«Будем молиться всегда неземному в нашем хотенье земном!», – призывает поэт, намекая на то, что романтизм является неотъемлемым атрибутом молодости, счастья и свободы. Но автор отдает себе отчет, что стремление уподобиться небесным светилам не всегда приводит к тем результатам, на которые рассчитывает человек. Ведь если солнце дарит тепло и ласку, то звезды и луна могут обдать окружающих ледяной холодностью. Поэтому мерилом молодости для Бальмонта является чувства счастья. Именно к этом он призывает людей, заявляя: «Будь воплощеньем внезапной мечты!». Он боится провести остаток дней «в недвижном покое», который убивает все чувства и желания, а потом раствориться в вечности, которая обладает удивительным магнетизмом и для многих является самым простым решением всех внутренних противоречий.

«Будем как Солнце, оно – молодое. В этом завет Красоты!», – обращается Бальмонт к читателям, хотя и осознает, что этот призыв вряд ли сможет найти отклики в душах зрелых людей. Повседневные хлопоты лишают их возможности мыслить абстрактными категориями, отгораживаться от всего того, что убивает чувства, но стимулирует работу мысли. Это пугает поэта, который чувствует, что уже не в состоянии что-то изменить, однако все равно предпринимает подобные попытки в надежде, что судьба еще подарит ему удивительные мгновения счастья.

Источник



Анализ стихотворения Бальмонта Будем как солнце

Стихотворение «Будем, как Солнце!» Константин Бальмонт написал, когда ему было около 36 лет. Молодость уже прошла, наступила пора зрелости. И поэт с тоской вспоминает свою юность, то время, когда человек испытывает самые яркие эмоции, когда весь мир кажется открытым, а любая цель – достижимой. С возрастом люди становятся более сдержанны и осторожны, более спокойны, но из их жизни навсегда уходит безмятежность юности и ощущение полного счастья.

Образ Солнца нередко встречается в стихах Бальмонта, для него это не просто светило, это воплощение вечной молодости и красоты. Понимая, что его юность осталась позади, поэт хочет вернуть те чувства, что испытывал раньше, и призывает к этому своих читателей. Он хочет забыть о том, что человек в жизни своей ограничен разными правилами и условностями, о которых мало кто вспоминает в молодости. И тогда мир наполнится красками, светом и радостью, а счастье будет безграничным.

Всю свою жизнь человек находится в движении, он куда-то стремится, чего-то ищет. Юноша вкладывает в это движение весь свой пыл, всю энергию, но с годами этот процесс замедляется, а кто-то и вовсе останавливается, не имея уже никаких желаний и никаких стремлений. Это состояние для поэта хуже смерти, и он призывает всех никогда не останавливаться, как никогда не останавливается Солнце в своем вечном движении. И поэтому Солнце всегда молодое и прекрасное, ведь молодость – это и есть красота. В юности человек не боится смерти, для него вечность – это не безмолвный покой, а нечто новое и яркое, подобное вспыхнувшим цветам.

Сам поэт так и не смог сохранить в себе юношескую пылкость и ту особенную внутреннюю свободу, которая свойственна лишь молодым. И это гнетет его, он хочет остановить время и изменить вечный порядок вещей. Но это никому еще не удавалось, безрассудная и восторженная юность проходит, на смену ей приходят опыт и мудрость. Но у каждого остаются воспоминания о тех временах, когда они были молоды, красивы, были как Солнце, а вся жизнь их была подобна прекрасному золотому сну.

Картинка к стихотворению Будем как солнце

Популярные темы анализов

В этом прекрасном и очень глубоком по своему смыслу произведению, автор показывает, как может манятся психология ребенка, который увидел прекрасное, неземное существо, которое делает его более добрым и понимающим.

Афанасий Фет очень любил весну, когда всё расцветает и пробуждается. Именно поэтому большинство его поэзий посвящено этому времени года. Ярким примером тематики весны служит стихотворение «Первый ландыш»

Данное стихотворение наряду с еще тремя многие пушкиноведы объединяют общностью тем и образов. Связано все это с тем, что посвящены эти стихи Е.Воронцовой – возлюбленной поэта, связь с которой официально до сих пор не доказана.

Стихотворение «Бессонница» было написано Анной Ахматовой в 1912 году. Опубликовано же данное лирическое произведение было двумя годами позже в сборнике «Четки». Тема стихотворения явственно отражается в его названии.

Многие писатели и поэты в своих стихотворениях воспевали красоту природы. Каждый писатель видит природу по-своему и описывает ее своими строками. Каждое стихотворение вызывает в читателях особую ассоциацию с природой.

Источник